Консультация дежурного адвоката! Звоните и записывайтесь: +7 (4852) 33-23-66, +79106640772.Обратный звонок

 
 
Статьи
К списку статей
30 сентября 2010

К вопросу о совершенствовании законодательной техники уголовно-правовой защиты информационной безопасности РФ

Как известно, такой объект общественных отношений, как информацион­ная безопас­ность РФ, определен законодателем как “состояние защищенности ее (РФ) национальных ин­тересов в информационной сфере, определяющихся совокупностью сбалансированных ин­те­ресов личности, общества и государ­ства”[1].

По мнению некоторых авторов к преступлениям в информационной сфере могут быть отнесены около 50 статей, причем от­дельная глава УК (глава 28) посвящена составам преступлений в сфере компьютерной ин­формации[2]. На наш взгляд, в действительности количество предусмотренных УК преступле­ний, посягающих на информационную сферу, а, следовательно, неизбежно нару­шающих та­кой элемент общественных отношений, как информационная безопасность, заметно больше. По самым приблизительным подсчетам, Осо­бенная часть содержит не менее 71 нормы, предусматривающей самые разно­образные составы преступлений, воздействующих на отношения в области ин­формационной безопасности. При этом указанное количество норм было выде­лено нами из множества других по такому основанию, как присутствие в дис­пози­циях данных норм определенных терминов, относящихся к раз­личным эле­ментам состава преступления и указывающих на информационную безопас­ность (например “сведения”, “дан­ные”, “тайна” и т.п.).

В связи с изложенным уголовная ответственность за правонарушения в ин­формацион­ной сфере определяется рядом статей УК, расположенных в раз­личных разделах и главах. В действующем УК из всего объема информацион­ных отношений, подлежащих специальной охране, выделены отношения, воз­никающие в связи с уголовно наказуемыми правонаруше­ниями в области ком­пьютерной информации (глава 28). К ним отнесены неправомерный доступ к компьютерной информации (ст. 272), создание, использование и распростране­ние вредоносных программ для ЭВМ (ст. 273) и нарушение пра­вил эксплуата­ции ЭВМ, системы ЭВМ или их сети (ст. 274). Таким образом, преступления в области компьютерной информа­ции, содержащиеся в указан­ной главе, объеди­нены единым инструментом обработки инфор­мации – ком­пьютером. Важно отметить, что термин “компьютерная информация” впервые был введен зако­нодателем в УК 1996 г. и является новеллой.

В тех случаях, когда общественно опасные действия в области информаци­онных отно­шений совершаются без применения компьютерных средств, законодатель нередко от­носит их к соответствующим межродовым или родовым объектам.

Например, в разделе “Преступления против личности” находятся составы таких преступле­ний, как клевета (ст. 129), оскорбление (ст. 130), нарушение тайны переписки, телефон­ных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений (ст. 138), отказ в предостав­лении гражданину информации (ст. 140), нарушения избирательных прав или работы изби­рательных комиссий (ст. 141, 1411, 142, 1421), воспрепятствование законной профессиональ­ной деятельности журналистов (ст. 144), нарушение авторских и смежных прав (ст. 146), на­руше­ние изобретательских и патентных прав (ст. 147).

В разделе “Преступления в сфере экономики” содержатся составы кражи (ст. 158), мошенничества (ст. 159), хищения предметов, имеющих особую цен­ность (ст. 164), умышленного уничтожения или повреждения имущества (ст. 167), неза­конного получения и разглашения сведений, составляющих коммер­ческую, налоговую или банковскую тайну (ст. 183), изготовления или сбыта поддельных кредитных либо расчетных карт и иных платежных документов (ст. 187), незаконного экспорта или передачи технологий, научно – технической информации (ст. 189).

Нормы, регулирующие информационные преступления, есть и в разделе  “Преступ­ления против общественной безопасности и общественного порядка”: заведомо ложное сообщение об акте терроризма (ст. 207), сокрытие инфор­ма­ции об обстоятельствах, создающих опасность для жизни или здоровья лю­дей (ст. 237), изготовление и оборот мате­риалов или предметов с порнографиче­скими изображениями несовершеннолетних (ст. 2421) и др.

Ряд преступлений информационного характера присутствуют в разделе “Преступле­ния против госу­дарственной власти”. Это: государственная измена (ст. 275), шпионаж (ст. 276), разгла­шение государственной тайны (ст. 283) и др.

Публичные призывы к развязыванию агрессивной войны (ст. 354), являю­щиеся преступ­лением против мира и безопасности человечества, также можно отнести к преступлениям в информационной сфере.

Безусловно, перечисленные нормы не охватывают всех возможных про­тивоправных посягательств на информационные отношения[3]. И с этим утвержде­нием не приходится спо­рить, поскольку анализ диспозиций ряда норм приводит к выводу о том, что, несмотря на от­сутствие в них прямого указания на информационный компонент, выполняющий роль пред­мета преступления и нарушаемый соответствующим противоправным деянием, механизм соверше­ния многих из названных выше преступлений использует в качестве средства, а по­следствия такого деяния неизбежно влекут причинение вреда отношениям в сфере обеспече­ния информационной безопасности личности, общества или го­сударства, то есть – информационной безопасности РФ.

Таким образом, принимая во внимание приведенные выше рассуждения, можно кон­статировать, что, несмотря на отсутствие в нормах УК такого поня­тия, как информационная безопасность в “чистом виде”, фактически исследуе­мое понятие растворено в целом ряде норм, расположенных в самых различ­ных главах и разделах Особенной части УК, присутст­вуя в соответствующих диспозициях в виде составляющих его сущность, или, точнее говоря – указы­вающих на него терминов, таких как “раз­глашение”, “распространение”, “дан­ные”, “документы” и т.д.

При этом, с одной стороны, учитывая тот факт, что круг норм, преду­сматривающих уголовную ответственность за преступления, посягающие на такой объект, как информаци­онная безопасность, чрезвычайно широк (такие нормы есть практически в каждом разделе Особенной части УК), не приходится говорить о реализованном в Кодексе системном под­ходе в обеспечении ох­раны общественных отношений в области информационной безопас­ности (слишком велико различие в объектах уголовно – правовой охраны, содер­жа­щихся в различных разделах, главах, группах, подгруппах и т.д.).

Однако, с другой стороны, помня о том, что уголовное за­конодательство, в том числе УК, предстает в виде определенной системы, реализованной зако­нодателем в структуре дан­ного нормативного акта (триада ценностей: лич­ность, общество, государство), принимая во внимание специфику феномена информации как универсального средства коммуникации и легальное опреде­ление информационной безопасности РФ как состояния защищенности ее на­цио­нальных интересов в информационной сфере, определяющихся сово­купно­стью сбалан­си­ро­ванных интересов личности, общества и государства, можно обоснованно утверждать, что использованный в УК механизм обеспечения ин­формационной безопасности множест­вом норм, предусматривающих охрану тех или иных информационных компонентов иссле­дуемого понятия, есть не что иное, как система обеспечения информационной безопасности совокупно­стью указанных норм.

В связи с изложенным, такое, казалось бы, уместное предложение по со­вершенствованию законодательной техники посредст­вом объединения анализи­руемых норм в одну главу с названием “Преступления в информаци­онной сфере” или “Преступления против информационной безопасности”, в данном случае представляется совершенно ненужным, ибо слишком глобальными были бы соответствующие изменения в УК, поскольку перегруппировка свыше 70 норм в пределах Особенной части Кодекса представляет немалую трудность.

Действительно, в случае указан­ной перегруппировки в общую главу не­избежно попа­дут объекты самых разных уровней деления объектов “по верти­кали”. Соответственно, при­нимая во внимание тот факт, что деление “по гори­зонтали” осуществляется на уровне родо­вого, группового или видового объек­тов (а не непосредственного, как это утверждается в теории)[4], единый ос­новной объект такой множественности норм вряд ли возможно будет  вы­де­лить. Кроме того, учитывая такое фундаментальное свойство информации, как универ­саль­ность, т.е. способность отражать лю­бые явления и процессы, логич­ным представляется  выявленный механизм обеспечения информационной безопас­ности совокупностью норм, расположенных на самых различных уров­нях об­щественных отношений, предусмот­ренных иерархией объектов, реализо­ванных в структуре Особенной части УК.

С учетом изложенного, принимая во внимание тот факт, что подавляю­щее большинство исследуемых норм находится в разделе VII – преступления против личности, мы полагаем необходимым в целях совершенствования зако­нодательной техники ввести в состав Особенной части УК общую норму, пре­дусматривающую уголовную ответственность за преступление против инфор­мационной безопасности личности.

Диспозиция такой статьи, которую, по нашему мнению, следует распо­ложить в главе 19 – ст. 1361 “Нарушение информационной безопасности лично­сти”, должна иметь следующую формулировку: “Противоправные сбор, хране­ние, использование или распространение информации, затрагивающей консти­туционные права и свободы лица, совершенные без его согласия, а равно не­обеспечение возможности ознакомления лица с такой информацией, собранной в установленном законом порядке, наказываются … ”.

Что же касается двух других аспектов информационной безопасности, а именно – интересов общества и государства в информационной сфере, то, на наш взгляд способом обеспечения надлежащего уровня уголовно – правовой охраны данных отношений могло бы  послужить введение в состав диспозиции ч. 1 ст. 63 УК дополнительного пункта “л1”, предусматривающего специаль­ное обстоятельство, отягчающее наказание за совершение любого преступле­ния, сопряженного с незаконным использованием информации, сформулиро­ванного следующим образом: “совершение преступления с использованием ин­форма­ции, затрагивающей законные права и интересы личности, общества или госу­дарства в информационной сфере”.

 


[1] См.: Доктрина информационной безопасности РФ, утв. Президентом РФ 9 сент. 2000 г. // Российская газета. 2000. 28 сент.

[2] См.: Лапина М.А., Ревин А.Г., Лапин В.И. Информационное право: Учеб. пособие / Под ред. проф. И.Ш. Киляс­ханова. М., 2004. С. 109. С. 130.

[3] См.: Лапина М.А., Ревин А.Г., Лапин В.И. Указ. соч. С. 134 – 136.

[4] См. об этом подробнее: Кругликов Л.Л. Практикум по уголовному праву. Общая часть. Особенная часть: Учеб. пособие. С. 23.

Телефон в Ярославле:

8 (4852) 33-23-66

с 9 до 18

Звоните по любым интересующим Вас вопросам c понедельника по пятницу:

с 09 до 18 часов
Новости
15 ноября 2018 КС рассмотрит жалобу на увеличенный вчетверо срок исковой давности
15 ноября 2018 Доработаны правила доступа операторов связи в жилые дома