К вопросу о роли информационной безопасности в системе уголовного законодательства РФ
В современном мире информационная компонента общественных правоотношений приобрела принципиально важное значение. Согласно теории Э. Тофлера, человеческая цивилизация, последовательно развиваясь из цивилизации аграрно – ремесленного типа, пройдя этап индустриальной цивилизации, подошла в настоящее время к информационно – компьютерному типу цивилизации. На этой стадии развития немаловажное значение получает проблема информационной безопасности человека, общества, государства – цивилизации в целом.
Доктрина информационной безопасности Российской Федерации (далее – Доктрина), утвержденной Президентом Российской Федерации 9 сентября 2000 года (№ ПР – 1895), содержит утверждение следующего содержания: “Современный этап развития общества характеризуется возрастающей ролью информационной сферы, представляющей собой совокупность информации, информационной инфраструктуры, субъектов, осуществляющих сбор, формирование, распространение и использование информации, а также системы регулирования возникающих при этом общественных отношений.
Информационная сфера, являясь системообразующим фактором жизни общества, активно влияет на состояние политической, экономической, оборонной и других составляющих безопасности Российской Федерации. Национальная безопасность Российской Федерации существенным образом зависит от обеспечения информационной безопасности, и в ходе технического прогресса эта зависимость будет возрастать”[1]. Одним из основных элементов системы регулирования информационных правоотношений является, безусловно, УК РФ.
Несмотря на отсутствие в “чистом” виде в диспозициях УК РФ понятия “информационная безопасность”, элементарный этимологический анализ конструкций Общей и Особенной частей УК приводит к выводу о том, что термин “информационная безопасность” является ничем иным, как интегративной (составной) терминологической конструкцией, состоящей из ряда терминов – понятий, отражающих те или иные его свойства (например – информация, безопасность, сведения, тайна, данные и др.). При этом общее количество случаев использования в УК смысловых компонентов понятия “информационная безопасность” достигает 121. По данному параметру “информационная безопасность” намного опережает любой другой объект уголовно – правовой охраны, предусмотренный УК РФ.
Таким образом, учитывая все возрастающую зависимость национальной безопасности России от обеспечения ее информационной безопасности, а также принимая во внимание фактическую роль понятия “информационная безопасность” в конструкциях УК РФ, представляется разумным более адекватно отразить данную ситуацию в структуре УК РФ, например, введя отдельную главу в УК, посвященную преступлениям против информационной безопасности. Такой шаг позволил бы, четко очертив круг общественных правоотношений, оказывающих влияние на обеспечение информационной безопасности человека, общества, государства: определить основные понятия, относящиеся к информационной безопасности; устранить имеющиеся на настоящий момент коллизии, возникающие в связи с отсылочным характером диспозиций статей, затрагивающих информационную тематику; сформировать безупречную основу уголовно – правовой охраны информационной безопасности РФ.
[1] “Доктрина информационной безопасности Российской Федерации” от 9 сентября 2000 г., № Пр – 1895 // “Российская газета”, № 187, 28.09.2000, абз. 1, п. 1, разд. I.