Верховный Суд указал, что Налоговый кодекс не содержит ограничений в отношении видов доказательств, которыми может быть подтверждена величина доходов или расходов.
Один из адвокатов указал, что Верховный Суд, учтя недобросовестное поведение налогоплательщика, допустил возможность переноса бремени доказывания с налогового органа на плательщика. Вторая отметила, что правовая позиция ВС позволяет налоговому органу считать достаточным один источник информации для доначисления обязательных платежей с единственным ограничением в виде недопустимости явных признаков произвольности расчета, что, в свою очередь, является оценочным понятием. Третья указала, что определение ВС не может быть оценено однозначно положительно, так как оно подсвечивает необходимость дальнейшей проработки понятия «доказательство» и распределения бремени доказывания в налоговых спорах. Четвертая заметила, что ситуация, в которой свидетельские показания применялись бы для установления суммы доначислений расчетом путем, – первая в практике.
7 июня Верховный Суд вынес Определение № 309-ЭС23-30097 по делу № А76-5542/2022, в котором разъяснил возможность применения расчетного метода исчисления налога в случае, если налогоплательщик не представил документы, подтверждающие размер полученного от сдачи имущества в аренду дохода.
После налоговой проверки предпринимателю были начислены обязательные платежи
С 1 января 2017 г. по 31 декабря 2019 г. индивидуальный предприниматель Елена Новосёлова сдавала в аренду и реализовывала собственное недвижимое имущество, применяя УСН с объектом налогообложения «доходы». ИФНС по Центральному району г. Челябинска провела выездную налоговую проверку предпринимателя по вопросу правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов, страховых взносов за период с 1 января 2017 г. по 31 декабря 2019 г. По результатам проверки принято решение о привлечении ИП к ответственности за совершение налогового правонарушения.
Елене Новосёловой были начислены обязательные платежи в общей сумме более 3 млн руб., в том числе: около 2 млн руб. налога по УСН за 2017 – 2019 гг., около 360 тыс. руб. пеней за неполную уплату налога по УСН и более 387 тыс. руб. штрафа по п. 1 ст. 122 Налогового кодекса; страховые взносы за 2017 г. – более 135 тыс. руб., за 2018 г. – около 124 тыс. руб., за 2019 г. – около 57 тыс. руб., пени в размере около 54 тыс. руб. и штраф по п. 1 ст. 122 НК в размере более 63 тыс. руб. за неполную уплату страховых взносов за 2017–2019 гг. в результате занижения налоговой базы; 1 тыс. руб. штрафа по п. 1 ст. 119 НК за непредставление в установленный срок налоговых деклараций по форме 3-НДФЛ за 2018 и 2019 гг.; 600 руб. штрафа по п. 1 ст. 126 НК за непредставление в установленный срок трех документов. В обоснование правомерности начисления налога по УСН, страховых взносов в сумме около 39 тыс. руб., пеней и штрафа налоговый орган указал на занижение предпринимателем дохода, полученного от сдачи имущества в аренду.
Налоговая установила, что Елена Новосёлова использовала недвижимое имущество в предпринимательской деятельности с целью систематического получения дохода в виде арендной платы. Это подтверждается договорами аренды, свидетельскими показаниями арендаторов, фактом освобождения от уплаты налога на имущество физических лиц, множественностью однородных сделок. Вместе с тем, сдавая объекты недвижимости физическим лицам и получая арендную плату наличными денежными средствами либо в натуральной форме, предприниматель не учитывал соответствующие суммы при определении налоговой базы. В ходе проверки налогоплательщик не представил документы, подтверждающие размер полученной арендной платы.
В связи с этим налоговая определила размер дохода, полученного от сдачи имущества, с учетом свидетельских показаний арендаторов о сумме арендных платежей и сроках аренды, а также условий договоров аренды по взаимоотношениям с арендаторами. Ввиду отсутствия возможности иного учета доходов обязанность по уплате налога по УСН определена расчетным путем применительно к подп. 7 п. 1 ст. 31 Налогового кодекса – на основании объективных и соответствующих действительности сведений о стоимости аренды объекта недвижимости.
20 декабря 2021 г. УФНС по Челябинской области оставило решение инспекции без изменения.
Суды признали недействительным решение налоговой в части доначисления налога
Считая решения инспекции и управления незаконными в части доначисления налога по УСН в размере около 330 тыс. руб. и около 147 тыс. руб. за реализацию имущества в 2018 и 2019 гг. соответственно, более 237 тыс. руб. за сдачу в аренду имущества в 2017–2019 гг., а также доначисления более 236 тыс. руб. страховых взносов в Пенсионный фонд РФ, начисления соответствующих сумм пеней и штрафных санкций, Елена Новосёлова обратилась в суд.
3 апреля 2023 г. АС Челябинской области прекратил производство по заявлению о признании незаконным решения управления, частично удовлетворив требования предпринимателя. Решение инспекции было признано недействительным в части доначисления налога по УСН за 2017–2019 гг. в сумме более 237 тыс. руб., страховых взносов за 2017–2019 гг. в сумме около 39 тыс. руб., соответствующих сумм пеней и штрафа. В удовлетворении остальной части требований отказано. Апелляция и кассация согласились с этим.
Суды исходили из того, что в силу положений ст. 89, 90, 101 НК свидетельские показания являются источником информации о каких-либо обстоятельствах и не могут служить единственным и достаточным доказательством, безусловно подтверждающим факт получения предпринимателем денежных средств от физических лиц в том размере, который вменяется налогоплательщику. Иных документов, подтверждающих сумму полученного предпринимателем дохода, помимо протоколов допроса свидетелей, в материалах выездной налоговой проверки не имеется; расчет подлежащего к доплате налога на доходы физических лиц определен налоговым органом предположительно.
Также суды отметили, что свидетельские показания, пусть и сопоставимые с условиями договоров аренды, не могут являться достаточными и подтверждающими факт получения предпринимателем денежных средств от физических лиц во вмененном инспекцией размере. Исходя из этого, судебные инстанции пришли к выводу, что решение инспекции в части доначисления налога в отношении операций по сдаче в аренду имущества не основано на надлежащих доказательствах.
ВС посчитал, что налоговая может определить размер дохода, полученного от сдачи имущества
Не согласившись с судебными актами, налоговая инспекция обратилась в Верховный Суд. Изучив материалы дела, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС напомнила, что в соответствии с п. 3 и 8 ст. 23 НК налогоплательщики обязаны вести в установленном порядке учет своих доходов (расходов) и объектов налогообложения, если такая обязанность предусмотрена законодательством о налогах и сборах, и в течение пяти лет обеспечивать сохранность данных бухгалтерского и налогового учета и других документов, необходимых для исчисления и уплаты налогов, в том числе документов, подтверждающих получение доходов, осуществление расходов (для организаций и индивидуальных предпринимателей), а также уплату (удержание) налогов, если иное не предусмотрено НК. По общему правилу налогоплательщик самостоятельно исчисляет сумму налога, подлежащую уплате за налоговый период, исходя из налоговой базы, налоговой ставки и налоговых льгот.
Как пояснил Верховный Суд, в случае совершения налогоплательщиками действий, направленных на уклонение от уплаты налогов, в том числе отсутствие учета доходов и расходов, либо ведение учета с нарушением установленного порядка, приведшего к невозможности исчислить налоги, в силу подп. 7 п. 1 ст. 31 НК сумма налога, подлежащего уплате в бюджет, подлежит определению расчетным способом на основании имеющейся у налогового органа информации о налогоплательщике, а также данных об иных аналогичных налогоплательщиках.
Судебная коллегия заметила: ранее Конституционный Суд отмечал, что наделение налоговых органов правом исчислять налоги расчетным путем вытекает из возложенных на них обязанностей по осуществлению налогового контроля в целях реализации основанных на Конституции и законах общеправовых принципов налогообложения всеобщности и справедливости налогообложения, юридического равенства налогоплательщиков, равного финансового бремени (определения от 5 июля 2005 г. № 301-О/2005; от 23 апреля 2013 г. № 488-О/2013; от 29 сентября 2015 г. № 1844-О/2015; от 29 сентября 2020 г. № 2314-О/2020 и др.).
ВС сослался на разъяснения, данные в п. 8 Постановления Пленума ВАС от 30 июля 2013 г. № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации», согласно которым, при определении налоговым органом сумм налогов, подлежащих уплате налогоплательщиком в бюджетную систему РФ, расчетным путем должны быть определены не только доходы налогоплательщика, но и его расходы. Бремя доказывания того, что размер доходов или расходов, определенный налоговым органом по правилам подп. 7 п. 1 ст. 31 НК, не соответствует фактическим условиям экономической деятельности налогоплательщика, возлагается на последнего, поскольку именно он несет риски, связанные с возникновением оснований для применения налоговым органом расчетного метода определения сумм налогов. Это обусловлено тем, пояснил ВС, что в случае применения расчетного метода начисления налогов достоверное исчисление налогов невозможно по объективным причинам. Налоги могут быть исчислены достоверно только при надлежащем оформлении учета доходов и расходов, в то время как применение расчетного метода предполагает исчисление налогов с той или иной степенью вероятности (Постановление Президиума ВАС от 22 июня 2010 г. № 5/10).
Из приведенных положений законодательства и правовых позиций высших судебных инстанций, как разъяснил ВС, следует, что исчисление налогов расчетным путем предполагает значительную степень гибкости производимых налоговым органом расчетов, поскольку именно налогоплательщик, не обеспечивший надлежащий учет своих доходов и расходов, спровоцировал возникновение ситуации, при которой точное определение налоговой обязанности стало невозможным. При применении расчетного способа налоговому органу достаточно представить доказательства, разумно обосновывающие произведенную им оценку доходов (расходов), которые могли быть получены (понесены) налогоплательщиком в рамках осуществляемой им экономической деятельности, а налогоплательщик – вправе представлять доказательства, уточняющие расчет налогового органа. При этом, подчеркнул Верховный Суд, к налоговому органу не могут предъявляться требования по обеспечению такой же степени точности расчета, производимого по правилам подп. 7 п. 1 ст. 31 НК, которая должна была быть обеспечена самим налогоплательщиком.
Стандарт доказывания размера полученных доходов в условиях недобросовестных действий налогоплательщика не может быть аналогичным с ситуацией, когда факт получения дохода оформляется налогоплательщиком надлежащим образом. В ином случае недобросовестное лицо, получающее арендную плату посредством наличного расчета и уклоняющееся от уплаты налога, оказывается в более благоприятном правовом положении по сравнению с добросовестным налогоплательщиком, указала Судебная коллегия.
Налоговый кодекс также не содержит ограничений в отношении видов доказательств, которыми может быть подтверждена величина доходов или расходов. В частности, разъяснил ВС, данная норма не ограничивает налоговый орган в возможности использования показаний свидетелей в целях подтверждения обстоятельств, имеющих значение для определения масштабов деятельности налогоплательщика и, соответственно, для оценки ее потенциальной доходности (прибыльности).
В рассматриваемом случае, отметил Верховный Суд, инспекция, с учетом вида осуществляемой ИП Еленой Новосёловой деятельности и свидетельских показаний, сделала вывод о наличии в ее действиях признаков сокрытия дохода от налогообложения. Документы, позволяющие осуществить налоговый контроль и определить действительные налоговые обязательства, предприниматель не представил. При таких обстоятельствах, подчеркнул Суд, у налогового органа имелись основания для определения прав и обязанностей предпринимателя, исходя из подлинного экономического содержания его деятельности, и исчисления налога по УСН применительно к подп. 7 п. 1 ст. 31 НК.
Позиция судов основана на недоказанности размера занижения предпринимателем дохода от сдачи имущества в аренду (инспекция исчислила налоги приблизительно, а не достоверно). Однако суды не установили явных признаков произвольности того расчета суммы недоимки, который был произведен налоговым органом. Каких-либо данных, позволяющих опровергнуть произведенный налоговым органом расчет, налогоплательщик не представил, указал Верховный Суд. В связи с этим вывод судов о том, что налоговым органом не представлены доказательства, с достоверностью подтверждающие сумму полученного предпринимателем дохода, в то время как исчисление налогов в ходе налоговой проверки не может быть основано на приблизительных суммах, противоречит самой сути расчетного метода исчисления налога.
Как отметил Верховный Суд, инспекция также приводила доводы о противоречивом поведении налогоплательщика, выраженном в стремлении уклониться от уплаты налога по УСН и одновременно получить налоговую льготу. Налоговая указывала, что деятельность по сдаче имущества в аренду осуществлялась ИП Еленой Новосёловой в 2017–2019 г. на постоянной основе одним и тем же арендаторам. Заключенные с физическими лицами договоры аренды недвижимого имущества представлялись налогоплательщиком ранее (до проведения выездной налоговой проверки) с заявлениями на освобождение от обязанности по уплате налога на имущество физических лиц в связи с использованием данного недвижимого имущества в предпринимательской деятельности. Договоры аренды содержат условия о цене сделки, порядке и форме оплаты (наличной и безналичной), их фактическое исполнение в конкретные периоды времени подтверждено свидетельскими показаниями арендаторов. Между тем документальное подтверждение факта оплаты по данным договорам аренды предприниматель опровергает, заметил Суд.
В итоге Верховный Суд отменил судебные решения нижестоящих инстанций в части признания решения недействительным, а дело направил на новое рассмотрение в суд первой инстанции. В остальной части принятые по делу судебные акты оставил без изменения.
Марина Нагорная