Телефон в Ярославле: +7 (4852) 33-23-66
Будни: 9:00-18:00

НОВОСТИ

ВС разъяснил правила включения потребительского штрафа в реестр требований кредиторов
13.01.2023
ВС разъяснил правила включения потребительского штрафа в реестр требований кредиторов
x
179

Как указал Суд, тот факт, что с введением процедур банкротства должник лишился возможности добровольно исполнить обязательства, не является основанием для уменьшения объема прав потребителя, предоставленных ему законом.

Один из экспертов назвал интересным подход Верховного Суда к трактованию норм Закона о защите прав потребителей. Второй считает, что необходимо задуматься о том, насколько правильно со стороны суда увеличивать сумму требований, заявленных кредитором-потребителем, так как в этом случае он действует не против должника, а против других кредиторов. Третий обратил внимание, что потребитель, обращаясь в арбитражный суд, пропустил срок исковой давности, в связи с чем представляется странным отсутствие заявления со стороны конкурсного управляющего о пропуске данного срока.

Верховный Суд опубликовал Определение от 12 декабря 2022 г. № 305-ЭС22-19987 по делу № А40-39025/2021, в котором разъяснил, при каких условиях потребитель имеет право на включение потребительского штрафа в реестр требований кредиторов должника.

13 марта 2018 г. Виталий Кутузов приобрел в интернет-магазине ООО «Бутик» две пары джинсов стоимостью около 56 тыс. руб. Впоследствии он вернул покупку в магазин с соблюдением процедуры возврата товара, не подошедшего покупателю по потребительским характеристикам. Продавец принял товар, но деньги, уплаченные за него, не вернул, в связи с чем Виталий Кутузов направил продавцу претензию с требованием вернуть деньги, а также выплатить неустойку. Общество оставило претензию без удовлетворения.

5 марта 2021 г. Арбитражный суд г. Москвы возбудил дело о банкротстве общества, а 4 июня признал его банкротом по упрощенной процедуре ликвидируемого должника и открыл конкурсное производство.

27 июля того же года Виталий Кутузов подал в арбитражный суд заявление о включении в реестр требований кредиторов должника порядка 56 тыс. руб. долга за возвращенный товар, 44 тыс. руб. неустойки, предусмотренной ст. 23 Закона о защите прав потребителей, а также 8000 руб. в качестве компенсации морального вреда. В заявлении истец помимо прочего указал, что в апреле – июне 2018 г. неоднократно обращался к должнику с требованием вернуть деньги за товар, но безрезультатно.

Определением суда первой инстанции требования Виталия Кутузова были удовлетворены. Суд признал их обоснованными и подлежащими включению в реестр как подтвержденные надлежащими доказательствами, а срок предъявления требований в ходе конкурсного производства не пропущен.

В дальнейшем Виталий Кутузов обжаловал указанное определение в апелляционном порядке – он настаивал на включении дополнительно в состав требований около 54 тыс. руб. предусмотренного п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей штрафа в размере 50% от присужденной в пользу потребителя суммы.

Апелляционная и кассационная инстанции оставили определение без изменения. Суды отметили, что требование о взыскании штрафа изначально не заявлялось, а должник не вправе добровольно удовлетворять предъявленные к нему требования, поскольку находится в процедуре банкротства. Ссылку истца на п. 46 Постановления Пленума ВС РФ от 28 июня 2012 г. № 17 суды отклонили с указанием на его неприменимость при разрешении обособленных споров в делах о банкротстве.

Впоследствии Виталий Кутузов обратился в Верховный Суд с кассационной жалобой, в которой просил изменить обжалуемые судебные акты и включить в состав требований сумму штрафа. Доводы заявителя сводились к тому, что данная мера ответственности регулируется специальной нормой, является производной от основного требования, заявленного до начала процедуры банкротства продавца, и подлежит взысканию с должника независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Изучив жалобу, ВС напомнил, что, согласно Закону о банкротстве, если иное не предусмотрено законом, требования кредиторов к должнику-банкроту устанавливаются арбитражным судом и включаются арбитражным управляющим в реестр на основании вступивших в законную силу судебных актов.

Суд отметил, что по общему правилу пределы судебного разбирательства ограничены размером требований, заявленных к ответчику. Исключением из этого правила является, в частности, взыскание судом штрафа, предусмотренного п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей. Этот штраф взыскивается с продавца при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, и составляет 50% от суммы, присужденной в пользу потребителя. Суд взыскивает указанный штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду, пояснила Экономколлегия.

ВС подчеркнул, что заявление кредитора о включении требований в реестр, по сути, аналогично исковому требованию о взыскании с ответчика задолженности. Кроме того, Суд обратил внимание, что при рассмотрении такого заявления кредиторы-потребители, обратившиеся в суд за установлением своих требований на основании как решений, ранее принятых вне рамок дела о банкротстве, так и без таковых, имеют равный объем прав, в том числе в части взыскания штрафа. «Иное законом прямо не предусмотрено и не следует из него. В связи с этим, вопреки выводам апелляционного и окружного судов, правило об обязательном взыскании штрафа подлежит применению и в обособленных спорах по установлению требований кредиторов-потребителей в делах о банкротстве», – разъяснено в определении.

Обращаясь к п. 47 Постановления № 17, Верховный Суд отметил, что ответчик освобождается от уплаты штрафа, если требования истца-потребителя погашены. Как указала Судебная коллегия, общество требования потребителя не погасило. ВС посчитал, что, вопреки выводам судов, тот факт, что с введением процедур банкротства общество лишилось возможности добровольно выполнить свои обязательства, в данном случае не имеет значения и не является основанием для уменьшения объема прав потребителя, предоставленных ему законом. При этом Суд принял во внимание, что потребитель вернул продавцу товар задолго до его банкротства.

ВС добавил, что штраф имеет гражданско-правовую природу и, по сути, является предусмотренной законом мерой ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств, то есть одной из форм неустойки (Определение от 8 октября 2019 г. № 18-КГ19-127). На основании ст. 333 ГК РФ штраф, установленный Законом о защите прав потребителей, может быть уменьшен судом, если он явно несоразмерен последствиям нарушенного обязательства (п. 45 Постановления Пленума ВС от 27 июня 2013 г. № 20). Суд уточнил, что решение данного вопроса возможно только после оценки доказательств и установления соответствующих обстоятельств спора, что находится в компетенции судов первой и апелляционной инстанций.

Таким образом, Верховный Суд заключил, что в обжалуемых актах допущены существенные нарушения норм права, в связи с чем отменил их в части решения вопроса о штрафе, направив обособленный спор на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции для определения размера штрафа и очередности удовлетворения данного требования.

Управляющий партнер ЮК «Мокров и Партнеры» Александр Мокров в комментарии «АГ» отметил, что проблема, рассмотренная в определении, безусловно актуальна. Интересным, по мнению эксперта, является подход ВС к трактованию норм Закона о защите прав потребителей. «За последние 10–15 лет практика ВС в этой части неоднократно менялась», – поделился он. Александр Мокров добавил, что позиция ответчика о невозможности добровольного исполнения в процедуре банкротства заявленных требований может и должна послужить основанием для применения ст. 333 ГК, предусматривающей возможность для суда снизить размер штрафа.

По мнению адвоката, управляющего партнера АБ «Лигал Брейнс» Алексея Пашкова, суд присуждает потребительский штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование, и для разового применения в деле о банкротстве такое решение является оправданным.

«Однако если рассмотреть этот вопрос шире, необходимо подумать о том, насколько правильно со стороны суда увеличивать сумму требований, заявленных кредитором-потребителем, ведь в этом случае он действует не против должника, а против других кредиторов, которые такими возможностями не наделены. Если такое применение станет массовым, оно может породить новые проблемы: от дисбаланса прав кредиторов до прямых злоупотреблений в банкротных процедурах. Если позицию в указанном споре о джинсах экстраполировать на автосалоны и элитные автомобили, то в банкротных делах могут произойти значительные изменения, так как может появиться отдельный класс кредиторов-потребителей, требования которых вырастут в 1,5 раза, даже если они этого не просили. В свою очередь, доля остальных кредиторов в имущественной массе должника уменьшится», – считает эксперт.

Алексей Пашков добавил, что требования заявителя возникли в апреле 2018 г., а в суд он обратился лишь в июле 2021 г., не обращаясь ранее в суд общей юрисдикции. «Даже опустив тему очевидно пропущенного срока исковой давности, о чем почему-то никто не заявил, возникает вопрос: часто ли потребители, забыв о неудачной паре джинсов на три с лишним года, вдруг вспоминают о ней после начала банкротства интернет-магазина, или все же данное поведение потребителя не является типичным?» – рассуждает эксперт.

По мнению адвоката КА «Павел Горелов и Партнеры», к.ю.н. Александра Ненайденко, основная проблема обоснования законности требований заявителя кроется в области не специального (банкротного) законодательства, а гражданско-правовых норм и положений Закона о защите прав потребителей. Эксперт напомнил, что в соответствии со ст. 22 указанного закона срок, в частности, удовлетворения требования о возврате уплаченной за товар денежной суммы составляет 10 дней со дня предоставления соответствующего требования.

Александр Ненайденко отметил, что, исходя из материалов дела, 10 апреля 2018 г. истец обратился в магазин с заявлением о возврате товара и уплаченных денежных средств, так как приобретенные изделия не подошли. С учетом вышеуказанной нормы срок добровольного удовлетворения требований потребителя истек 20 апреля 2018 г., а на следующий день начал исчисляться срок исковой давности, который мог бы прерваться подачей потребителем иска (ч. 1 ст. 204 ГК). «Однако поскольку в судебных актах не содержится информация о таком иске, исходим из того, что такой иск потребителем не подавался. Следовательно, срок исковой давности для удовлетворения требований истек 21 апреля 2021 г. В таком случае заявление потребителя в арбитражный суд подано с пропуском срока. В такой ситуации представляется странным отсутствие заявления конкурсного управляющего о пропуске потребителем срока исковой давности в соответствии с ч. 2 ст. 199 ГК», – разъяснил эксперт.

Александр Ненайденко добавил, что подсудность исков о защите прав потребителей определяется в соответствии с п. 7 ст. 29, ч. 4 ст. 30 ГПК РФ. «Однако в любом случае, во-первых, это должен быть районный суд, а не арбитражный. Во-вторых, как следует из буквального толкования п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей и п. 46 Постановления № 17, применение судом указанного штрафа (по заявлению потребителя либо по инициативе суда) возможно только по итогам рассмотрения иска о защите прав потребителя с вынесением решения в пользу последнего», – отметил эксперт. Поскольку в районный суд потребитель не обращался, то, как считает Александр Ненайденко, Судебная коллегия ВС расширительно толковала указанные нормы в части их применения (без гражданско-правовой «предыстории», т.е. искового производства).


Анжела Арстанова

Источник:  https://www.advgazeta.ru/novosti/vs-razyasnil-pravila-vklyucheniya-potrebitelskogo-shtrafa-v-reestr-trebovaniy-kreditorov/

Вернуться наверх
8 (4852) 33-23-66