Телефон в Ярославле: +7 (4852) 33-23-66
Будни: 9:00-18:00

НОВОСТИ

Адвокаты добились отмены постановлений следователя об их отводе от участия в уголовном деле
01.09.2023
Адвокаты добились отмены постановлений следователя об их отводе от участия в уголовном деле
x
168

Апелляция, прекращая производство по представлению прокурора, учла, что, как установил руководитель следственного органа, решения об отводе приняты преждевременно и следователем в полном объеме не выяснены необходимые обстоятельства.В комментарии «АГ» один из адвокатов, получивших отвод, отметил, что рассмотренный случай уникален, так как следователь приняла решение об отводе защитников еще до допроса их подзащитной в качестве подозреваемой, положив в основу своих процессуальных решений безосновательные предположения о наличии в будущем неких противоречий между обвиняемыми. Другой подчеркнул, что любое посягательство на конституционные права подзащитной следует расценивать как чрезвычайное происшествие.

 

Как стало известно «АГ», 10 июля Московской городской суд прекратил производство по апелляционному представлению прокурора на постановление суда, которым были признаны незаконными постановления следователя об отводе защитников от участия в уголовном деле (документ есть у «АГ»).

Отвод защитников от участия в деле
14 марта 2022 г. следователем ОРОВД СУ по СЗАО ГСУ СК России по г. Москве И. в отношении Я.П. было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 110 УК РФ. В одном производстве с данным делом соединено уголовное дело, возбужденное по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, в отношении Я.П. и его супруги – Н.П. (мошенничество в сговоре).

8 сентября 2022 г. следователем И. были вынесены два постановления об отводе защитников Н.П. – адвокатов АП г. Москвы Дмитрия Томко и Ивана Неделина (документы есть у «АГ»). В постановлениях отмечено, что в силу п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ защитник не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он оказывает или ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им подозреваемого или обвиняемого. Как указал следователь, названные адвокаты также являются защитниками Я.П., а у предварительного следствия не имеется каких-либо сведений, что интересы Н.П. не противоречат интересам Я.П.

Дмитрий Томко и Иван Неделин обжаловали постановления об отводе в прокуратуру СЗАО Москвы, отмечая, что Я.П. и Н.П. дали письменные заверения об отсутствии каких-либо противоречий по позициям по уголовному делу. Также адвокаты подчеркнули: вопреки мнению следователя, из действующего уголовно-процессуального закона не вытекает, что решение об отводе защитника принимается исходя лишь из предположения о возможности возникновения противоречия интересов в будущем.

Заместитель прокурора округа отказал в удовлетворении жалоб защитников, признавая постановление следователя законным. Тогда адвокаты обратились с жалобой непосредственно к прокурору округа, оспаривая отказ его заместителя. Прокурор СЗАО Москвы указал, что поскольку на момент отвода защитников позиция Н.П. относительно имеющихся в отношении нее подозрений следствие не была установлена, в связи с чем достоверно не установлено наличие противоречий в ее и Я.П. интересах, то решение следователя об отводе является законным.

Суд признал действия следователя незаконными
Дмитрий Томко и Иван Неделин обратились в суд с жалобами в порядке ст. 125 УПК РФ на решения и действия следователя И. Изучив жалобу, суд указал, что приведенные в постановлениях следователя основания отводов адвокатов не предусмотрены ст. 72 УПК, которая содержит исчерпывающий перечень оснований, в том числе для отвода защитника в ходе предварительного расследования, и не исключают их участие в производстве по уголовному делу в защиту интересов Н.П. По мнению суда, следователем не представлено убедительных доводов о невозможности участия Дмитрия Томко и Ивана Неделина в качестве защитников подозреваемой в уголовном деле, а также о наличии противоречий интересов Я.П. и Н.П.

Кроме того, суд подчеркнул: как следует из постановлений прокурора округа об отказе в удовлетворении жалоб, «на момент отвода защитника позиция подозреваемой Н.П. по уголовному делу не установлена». Таким образом, суд пришел к выводу, что принятые следователем решения об отводе защитников причиняют ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства и затрудняют доступ к правосудию, поскольку существенно нарушают права и законные интересы Н.П., гарантированные Конституцией, и противоречат действующему уголовно-процессуальному законодательству.

Таким образом, 30 сентября 2022 г. Хорошевский районный суд г. Москвы частично удовлетворил жалобы, признав незаконными действия следователя И. по отводу защитников, и обязал его устранить допущенные нарушения (документ есть у «АГ»). Суд оставил без удовлетворения требования жалоб заявителей в части признания самих постановлений следователя от 8 сентября 2022 г. об отводе адвокатов незаконными, поскольку решение вопросов о законности данных процессуальных решений не входит в его компетенцию.

Апелляция направила дело на новое разбирательство
Прокуратура СЗАО Москвы подала апелляционное представление, которым просила отменить постановление суда как незаконное и необоснованное.

Изучив доводы прокуратуры, Московский городской суд отметил, что, удовлетворяя требования заявителей в части признания незаконными действий следователя об отводе адвокатов и обязании устранить нарушения, суд вместе с тем в постановлении указал об оставлении без удовлетворения требований жалоб о признании незаконными постановлений следователя об отводе адвокатов. Данные выводы первой инстанции являются противоречивыми, поскольку, признавая незаконными действия следователя по отводу адвокатов, суд в своем постановлении проанализировал и дал оценку доводам следователя, изложенным в постановлениях об отводе.

Кроме того, указала апелляция, суд, признавая незаконными действия следователя по отводу защитников, не указал, какие именно действия следователя являются незаконными, учитывая, что эти действия непосредственно связаны с принятыми следователем решениями, процессуально оформленными в виде постановлений. Таким образом, 16 февраля 2023 г. Московский городской суд отменил обжалуемое постановление, направив материалы на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе (документ есть у «АГ»).

Отмена постановлений об отводе защитников
При новом разбирательстве Дмитрий Томко и Иван Неделин в жалобах, поданных в порядке ст. 125 УПК, просили признать незаконными действия следователя, выразившиеся в отводе защитников от уголовного дела. В обоснование жалобы адвокатами указывалось: следователь, сославшись на отсутствие сведений, что интересы Н.П. не противоречат интересам Я.П., отвела от участия в уголовном деле защитников, что противоречит ст. 72 УПК и позиции ВС РФ.

Хорошевский районный суд, сославшись на п. 10 Постановления Пленума ВС РФ от 30 июня 2015 г. № 29, подчеркнул, что при наличии любого из обстоятельств, указанных в ст. 72 УПК, участие защитника исключается на всех стадиях уголовного судопроизводства. Если между интересами обвиняемых, защиту которых осуществляет один адвокат, выявятся противоречия, то такой адвокат подлежит отводу. При этом суд обратил внимание: из уголовно-процессуального закона не вытекает, что решение об отводе защитника принимается исходя лишь из предположения о возможности возникновения противоречия интересов в будущем. Из п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК с определенностью следует, что наличие таких противоречий должно иметь место на момент решения об отводе (Определение КС РФ от 9 ноября 2010 г. № 1573-О-О).

Суд счел: доводы следователя о том, что Я.П. в ходе очной ставки воспользовался ст. 51 Конституции РФ, что, по мнению следователя, указывает на то, что интересы Я.П. и Н.П. могут противоречить в дальнейшем, и иные доводы, касающиеся неточности показаний указанных лиц, основаны на убеждениях следователя и не соответствуют положениям ст. 72 УПК. Кроме того, оценка собранных по уголовному делу доказательств по делу не является предметом судебного рассмотрения в порядке ст. 125 УПК. Суд пришел к выводу, что фактически следователь, принимая решение об отводе адвокатов, осуществляющих защиту Н.П. по уголовному делу, не выяснил обстоятельства, касающиеся наличия или отсутствия противоречий между интересами обвиняемых; при таких обстоятельствах положения требований ст. 72 УПК следователем соблюдены не были.

Таким образом, 14 апреля 2023 г. Хорошевский районный суд признал постановления следователя от 8 сентября 2022 г. об отводе адвокатов от защиты П.Н. незаконными и обязал следователя устранить допущенные нарушения (документ есть у «АГ»). А 27 апреля руководитель СУ по СЗАО ГСУ СК РФ по г. Москве отменил постановления следователя И. об отводе адвокатов Дмитрия Томко и Ивана Неделина, отметив, что решение об отводе защитников принято преждевременно, поскольку следователем в полном объеме не выяснены обстоятельства, касающиеся наличия противоречий между интересами Н.П. и Я.П.

Апелляционный суд поставил точку в споре
Не согласившись с постановлением районного суда, 28 апреля 2023 г. прокуратура СЗАО Москвы пыталась оспорить его, вновь приводя в апелляционном представлении доводы о законности и обоснованности постановлений следователя об отводе адвокатов. В частности, в документе отмечено, что п. 10 Постановления Пленума ВС РФ № 29 не исключает возможность отвода защитника и в иных случаях, не позволяющих ему участвовать в данном деле.

В своих возражениях на апелляционное представление Дмитрий Томко указал, что суд первой инстанции полностью и всесторонне исследовал материалы дела и доводы сторон, указания Мосгорсуда, изложенные в апелляционном постановлении. Адвокат отмечал, что следователь И. исходила из неких субъективных предположений о том, что в далеком вероятном будущем ею не исключен гипотетический вариант возникновения неких существенных противоречий интересов Я.П. и Н.П., являющихся супругами.

Дмитрий Томко напомнил, что положениями ст. 48 Конституции РФ каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. Он пояснил, что при решении об отводе защитника интересы обвиняемых должны противоречить именно на дату вынесения соответствующего постановления следователем об отводе и иметь на то документальное обоснование, не позволяющее усомниться в существенных противоречиях позиций обвиняемых в рамках одного уголовного дела, исключающих их защиту одним и тем же защитником.

Адвокат обратил внимание, что в итоге общий срок нарушения конституционных прав Н.П., а также воспрепятствования законной деятельности защитников Н.П. составит 7 месяцев 20 дней (с 8 сентября 2022 г. по 27 апреля 2023 г.). Как отмечено в возражениях, это является результатом манкирования обязанностями, установленными ст. 37 УПК и Законом о прокуратуре, со стороны прокуратуры СЗАО Москвы вкупе с вольным толкованием и пониманием конституционно-правового смысла положений Конституции и УПК, несмотря на многочисленные практикоопределяющие позиции и разъяснения высших судов.

Проверив представленные материалы, Мосгорсуд напомнил, что по смыслу закона и в соответствии с разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума ВС РФ от 10 февраля 2009 г. № 1, если будет установлено, что жалоба с теми же доводами удовлетворена руководителем следственного органа, выносится постановление о прекращении производства. Апелляционный суд учел, что защитой представлены постановления руководителя следственного органа, которым постановления следователя об отводе защитников отменены. В связи с этим суд апелляционной инстанции прекратил производство по представлению прокурора.

Комментарии защитников
В комментарии «АГ» Дмитрий Томко поделился, что постановление районного суда и итоговое апелляционное постановление он расценивает как победу правосудия и здравого смысла над воинствующим нигилизмом. «Увы, такие судебные акты были, есть и будут, так как у некоторых следователей периодически возникает желание вывести из дела неудобных для них адвокатов, занимающих сторону закона и требующих объективного расследования дела с установлением всех обстоятельств, подлежащих доказыванию», – полагает защитник. Однако рассмотренный случай, по мнению Дмитрия Томко, уникален, так как следователь приняла решение об отводе защитников еще до допроса их подзащитной в качестве подозреваемой, положив в основу своих процессуальных решений безосновательные предположения о наличии в далеком несбыточном будущем неких противоречий между обвиняемыми.

Адвокат рассказал, что защите пришлось столкнуться с активным противодействием руководства прокуратуры округа. Так, он отметил, что доведение защитниками до заместителя прокурора и прокурора округа документально подтвержденных фактов существенного нарушения следствием конституционных прав доверителя на доступ к квалифицированной юридической помощи и права на защиту вызвало совершенно противоположную реакцию в виде письменных отказов в принятии мер прокурорского реагирования.

Также, как указал Дмитрий Томко, в ходе судебных разбирательств окружная прокуратура заняла, по его словам, совершенно противозаконную позицию, что нашло отражение во вступивших в законную силу судебных актах. Кроме того, даже в условиях признания незаконными постановлений и действий следователя руководителем следственного органа прокуратура подала очередное апелляционное представление. Поэтому судебное восстановление нарушенных конституциональных прав доверителя, да и собственно прав защитников, заняло 10 месяцев 3 дня, пояснил адвокат.

«В данном разбирательстве самыми трудными были встречи с подзащитной, на которых она сообщала о том, что в условиях противоправного отвода защитников по соглашению следователь многократно вызывала ее для проведения процессуальных действий, в ходе производства которых следователь подменяла адвокатов некими понятыми, одновременно настойчиво требуя от доверителя отказаться от избранных ею защитников. Такие действия по умалению конституционного права граждан на защиту, по моему мнению, находятся за гранью добра и зла», – поделился он.

Защитник полагает, что вынесенные по делу итоговые судебные акты будут достаточно значимы для судебной практики в той степени, в которой судами пресечены действия по совершенно новым неверным толкованиям положений уголовно-процессуального закона со стороны следствия и прокуратуры. КС РФ прямо указывает на недопустимость вольных предположений следствия на будущее и закрепление этих субъективных предположений в процессуальных решениях, не допускает ограничений права граждан на защиту и выбор защитника.

Адвокат также отметил, что в ходе судебного разбирательства у защитников возникли достаточно веские основания предполагать личную заинтересованность прокурора округа в исходе уголовного дела. Это, по словам Дмитрия Томко, не оставило иного выбора как заявить прокурору г. Москвы документально мотивированное ходатайство об отводе прокурора СЗАО от участия в уголовном деле. Однако, как пояснил адвокат, сотрудник прокуратуры г. Москвы в нарушение требований ст. 66 УПК РФ направил ходатайство с приложением вниз, т.е. на рассмотрение прокурору СЗАО. «Как он будет рассматривать это ходатайство – УПК РФ ответа не дает. Фактически от руководства прокуратуры г. Москвы сокрыты существенно значимые документы. Оставлять без доклада уполномоченному на рассмотрение подобного рода мотивированных ходатайств вышестоящему прокурору, по моему мнению, недопустимо ни со стороны закона, ни со стороны требований к служебному поведению. По крайней мере, “реанимация” положений ст. 66 УПК РФ – это единственный способ достучаться до руководства прокуратуры г. Москвы по фактам существенных случаев многократных нарушений конституционных прав доверителя в нижестоящей прокуратуре», – рассказал Дмитрий Томко.

В свою очередь Иван Неделин рассказал, что он внимательно изучал апелляционное представление, направленное прокуратурой СЗАО в Мосгорсуд: «У меня до сих пор как у профессионального участника процесса не укладывается в голове, как можно обжаловать то, что уже отменено. Даже руководитель следственного органа, спустя почти восемь месяцев после незаконного отвода следователем защитников, осознал свои заблуждения и, не дожидаясь очевидного решения Мосгорсуда, вынес постановления о признании действий и постановлений следователя незаконными, а прокуратура СЗАО по какой-то непонятной причине продолжила придерживаться своей противозаконной позиции».Иван Неделин подчеркнул: из действующего уголовно-процессуального закона не вытекает, что решение об отводе защитника принимается исходя лишь из предположения о возможности возникновения противоречий интересов в будущем. Защитник отметил, что об этом ясно и недвусмысленно даны указания в определениях КС РФ от 14 октября 2004 г. № 333-О; от 19 марта 2009 г. № 322-О-О; от 9 октября 2009 г. № 1573-О-О и от 13 октября 2009 г. № 1111-О-О. Кроме того, как пояснил Иван Неделин, КС РФ в своих постановлениях от 27 марта 1996 г. № 8-П; от 29 ноября 2010 г. № 20-П и от 17 июля 2019 г. № 28-П прямо указал, что конституционное право на защиту во взаимосвязи с конституционно-правовым смыслом норм уголовно-процессуального закона предполагает возможный выбор защитника. Не знать эти постулаты и не руководствоваться ими при реализации полномочий на осуществление прокурорского надзора невозможно, считает адвокат.

«На доверителя и защитников оказывалось давление, нас пытались запугать и просто не допустить к подзащитному. Делалось это намеренно, а все потому, что адвокаты хорошо выполняют свою работу. Любое посягательство на конституционные права доверителя следует расценивать как чрезвычайное происшествие», – заключил Иван Неделин.

 

Анжела Арстанова
Источник:https://www.advgazeta.ru/novosti/advokaty-dobilis-otmeny-postanovleniy-sledovatelya-ob-ikh-otvode-ot-uchastiya-v-ugolovnom-dele/

Вернуться наверх
8 (4852) 33-23-66