Телефон в Ярославле: +7 (4852) 33-23-66
Будни: 9:00-18:00

НОВОСТИ

ВС призвал не смешивать социальное и гражданское законодательство
18.09.2023
ВС призвал не смешивать социальное и гражданское законодательство
x
85

Суд разъяснил, почему пособие за полученный в ходе контртеррористической операции вред здоровью нельзя индексировать с применением положений ст. 318 и 1091 ГК.

Одна из экспертов «АГ» заметила, что споры по назначению выплат и дополнительных денежных пособий военнослужащим всегда были актуальны, а ситуация в целом не меняется уже много лет. Другая указала, что в деле имеет место ошибочный подход к определению вида и размера единовременного пособия, который не может и не должен определяться по дате возникновения оснований для его получения.

Верховный Суд опубликовал Определение по делу № 14-КГ2З-1-К1, в котором указал, что возмещение причиненного здоровью сотрудника ОВД вреда в виде единовременного пособия, выплачиваемого в соответствии с п. 3 ст. 20 Закона о борьбе с терроризмом, осуществляется в рамках установленного публично-правового механизма на основании этого закона, а потому не может быть произведена его индексация по правилам ст. 318, 1091 ГК.

Бывший сотрудник ОВД взыскал пособие за получение военной травмы и его индексацию

С 1986 по 2004 г. Игорь Хлопцев проходил службу в органах внутренних дел в различных должностях, имел специальное звание майора милиции. С 5 декабря 1999 г. по 27 февраля 2000 г. он находился в служебной командировке на территории Чеченской Республики в составе временного отдела внутренних дел и выполнял служебно-боевые задачи на территории Северо-Кавказского региона. 3 февраля 2000 г. попал под минометный обстрел и получил контузию.

10 декабря того же года заключением военно-врачебной комиссии ГУВД Воронежской области причинная связь полученного увечья определена в формулировке «военная травма», Игорю Хлопцеву была установлена категория годности к службе «В». 24 января 2004 г. приказом начальника областного ГУВД он был уволен со службы на основании заключения военно-врачебной комиссии об ограниченной годности к службе и о невозможности по состоянию здоровья исполнять служебные обязанности в соответствии с занимаемой должностью при отсутствии возможности перемещения по службе. 23 марта 2004 г. органом медико-социальной экспертизы мужчине установлена II группа инвалидности по причине «военная травма», с 26 декабря 2007 г. инвалидность установлена бессрочно.

12 августа 2021 г. Игорь Хлопцев обратился в МВД России с заявлением о выплате ему как лицу, принимавшему участие в борьбе с терроризмом и получившему увечье, повлекшее за собой наступление инвалидности, единовременного пособия, предусмотренного п. 3 ст. 20 Закона о борьбе с терроризмом, которое было переадресовано в ГУ МВД России по Воронежской области. 17 сентября в письме управление сообщило о невозможности установить, что травма была получена при непосредственном участии в осуществлении мероприятий по борьбе с терроризмом при проведении контртеррористической операции.

17 февраля 2022 г. Игорь Хлопцев обратился в суд с иском к МВД России и ГУ МВД по Воронежской области о взыскании единовременного пособия и суммы индексации пособия в соответствии со ст. 318 и 1091 ГК за период с первого квартала 2004 г. по первый квартал 2022 г. в размере около 232 тыс. руб.

Разрешая спор, суд пришел к выводу об обязании МВД России выплатить Игорю Хлопцеву единовременное пособие, поскольку исходил из того, что факт получения 3 февраля 2000 г. мужчиной увечья, повлекшего наступление инвалидности, в период участия в контртеррористической операции в Чеченской Республике нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела. Со ссылкой на нормы ст. 318 и 1091 ГК, а также разъяснения Пленума ВС, данные в п. 36 Постановления от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», суд удовлетворил исковые требования Игоря Хлопцева, полагая, что мужчина имеет право на полное возмещение причиненного вреда его здоровью. Апелляция и кассация согласились с выводами первой инстанции.

Верховный Суд пояснил основания и порядок выплаты пособия

ГУ МВД России по Воронежской области подало кассационную жалобу в ВС. Проверив материалы дела, Верховный Суд указал: п. 3 ст. 20 Закона о борьбе с терроризмом было предусмотрено, что в случае если лицо, принимавшее участие в борьбе с терроризмом, при проведении контртеррористической операции получило увечье, повлекшее за собой наступление инвалидности, этому лицу за счет средств федерального бюджета выплачивается единовременное пособие в размере 500 минимальных размеров оплаты труда и назначается пенсия в соответствии с законодательством России. 

Закон о борьбе с терроризмом утратил силу с 1 января 2007 г. в связи с принятием Закона о противодействии терроризму, в соответствии с ч. 3 ст. 21 которого в случае, если лицо, принимавшее участие в осуществлении мероприятия по борьбе с терроризмом, получило увечье, повлекшее за собой наступление инвалидности, ему за счет средств федерального бюджета выплачивается единовременное пособие в размере 300 тыс. руб. и назначается пенсия в соответствии с законодательством России. Часть 6 ст. 21 Закона о противодействии терроризму в редакции, действовавшей до 18 марта 2020 г., предусматривала, что при одновременном возникновении в соответствии с законодательством РФ нескольких оснований для указанных в этой статье единовременных выплат выплата осуществляется по одному основанию по выбору получателя.

ВС напомнил, что Конституционный Суд в Постановлении от 29 марта № 16-П/2019 признал ч. 6 ст. 21 Закон о противодействии терроризму и ч. 15 ст. 3 Закона о денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат не соответствующими Конституции в той мере, в какой они рассматриваются как исключающие возможность предоставления одному и тому же лицу из числа военнослужащих, получившему военную травму при участии в осуществлении мероприятий по борьбе с терроризмом, являющемуся инвалидом и признанному не годным к прохождению военной службы, единовременных пособий как в соответствии с ч. 3 ст. 21 Закона о противодействии терроризму, так и на основании п. 1 ч. 12 ст. 3 Закона о денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат. Согласно правовой позиции КС единовременное пособие, выплачиваемое при увольнении военнослужащего с военной службы в связи с признанием его не годным к военной службе вследствие военной травмы, и единовременное пособие, выплачиваемое в случае получения военнослужащим увечья при осуществлении мероприятия по борьбе с терроризмом, повлекшего за собой наступление инвалидности, не могут рассматриваться как однородные и могут быть выплачены одному и тому же лицу.

В абз. 7 п. 2 Определения Конституционного Суда от 14 января № 2-О/2020 отмечается, что приведенная правовая позиция КС сохраняет свою силу, по существу носит общий характер и может служить основой для разрешения вопроса о праве сотрудников органов внутренних дел, получивших при участии в мероприятиях по противодействию терроризму увечье, повлекшее за собой наступление инвалидности, и которым выплачены пособия, получивших повреждения, препятствующие дальнейшему прохождению службы, на получение единовременного пособия.

Верховный Суд разъяснил, что с учетом правовой позиции, выраженной в Постановлении КС № 16-П/2019, в ч. 6 ст. 21 Закона о противодействии терроризму внесены изменения, и она изложена в следующей редакции: «Единовременные пособия, предусмотренные ч. 2–4 ст. 21, выплачиваются независимо от других единовременных пособий и компенсаций, установленных законодательством Российской Федерации». Данные изменения вступили в силу 18 марта 2020 г. Законом о милиции (в редакции, действовавшей на дату получения увечья), в ч. 3 ст. 29 было установлено, что при получении сотрудником милиции в связи с осуществлением служебной деятельности телесных повреждений, исключающих для него возможность дальнейшего прохождения службы, ему выплачивается единовременное пособие в размере пятилетнего денежного содержания из средств соответствующего бюджета с последующим взысканием этой суммы с виновных лиц. Закон о милиции утратил силу с 1 марта 2011 г. в связи с принятием Закона о полиции, в ч. 5 ст. 43 которого определено, что при получении сотрудником полиции в связи с выполнением служебных обязанностей увечья или иного повреждения здоровья, исключающих возможность дальнейшего прохождения службы в полиции, ему выплачивается единовременное пособие в размере 2 млн руб.

Из приведенных нормативных положений с учетом правовых позиций Конституционного Суда, как указал ВС, следует, что в системе правового регулирования отношений по социальной защите лиц, участвующих в борьбе с терроризмом, был создан специальный публично-правовой механизм возмещения этим лицам вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья в связи с выполнением ими своих служебных обязанностей, предназначение которого – восполнение понесенных такими лицами материальных потерь.

Суд пояснил, что единовременное пособие имеет дополнительный характер, поскольку как ранее согласно п. 2 ст. 19 Закона о борьбе с терроризмом, так и в соответствии с ч. 2 ст. 20 Закона о противодействии терроризму социальная защита лиц, участвующих в борьбе с терроризмом, осуществляется с учетом правового статуса этих лиц, устанавливаемого федеральными законами и иными нормативными правовыми актами (в том числе Законом о милиции и Законом о полиции) в соответствии с порядком, установленным Правительством РФ. При этом каких-либо положений, устанавливающих порядок, условия, размеры индексации единовременного пособия, выплачиваемого лицам, участвующим в борьбе с терроризмом, т.е. его увеличения с учетом роста минимального размера оплаты труда, уровня инфляции или величины прожиточного минимума на душу населения, Закон о борьбе с терроризмом не содержал. Не предусмотрен механизм индексации единовременного пособия, выплачиваемого лицам, принимавшим участие в борьбе с терроризмом и получившим увечье, повлекшее за собой наступление инвалидности, и нормами действующего в настоящее время Закона о противодействии терроризму.

ВС пояснил ошибочность выводов судов об индексации 

Верховный Суд разъяснил, что суды первой и апелляционной инстанций, удовлетворяя исковые требования Игоря Хлопцева в части взыскания с МВД России за счет казны Российской Федерации суммы индексации единовременного пособия, предусмотренного п. 3 ст. 20 Закона о борьбе с терроризмом, неправильно истолковали положения приведенного специального законодательства о праве лиц, принимавших участие в борьбе с терроризмом, на возмещение причиненного их здоровью вреда в виде выплаты единовременного пособия и, как следствие, неправильно применили к отношениям сторон, касающимся индексации названного единовременного пособия, нормы гражданского законодательства – ст. 318 и 1091 ГК.

Как указал Конституционный Суд в п. 2.2 Постановления № 13-П/2009, гражданско-правовой институт деликтных обязательств предназначен для регулирования отношений, возникающих из причинения вреда, в том числе вреда здоровью лица в связи с осуществлением им трудовой или служебной деятельности. Как правило, обязанность возместить вред является мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также вину причинителя вреда. При этом КС отметил, что обязанность по возмещению вреда жизни или здоровью сотрудника органов внутренних дел в порядке гл. 59 ГК за счет соответствующей казны возникает в случае установления вины государственных органов или их должностных лиц в причинении этого вреда. Если же вина государственных органов или их должностных лиц в причинении вреда жизни или здоровью сотрудника органов внутренних дел отсутствует, обязанность по его возмещению по указанным в данной главе основаниям на государство не возлагается.

ВС указал, что, применяя при разрешении исковых требований Игоря Хлопцева о взыскании с МВД России единовременного пособия, предусмотренного п. 3 ст. 20 Закона о борьбе с терроризмом, механизм индексации, установленный положениями ст. 318 ГК об увеличении сумм, выплачиваемых по денежному обязательству на содержание гражданина, и ст. 1091 ГК об индексации размера возмещения вреда, суды первой и апелляционной инстанций не учли то обстоятельство, что МВД России и Игорь Хлопцев не являются субъектами обязательства вследствие причинения вреда, регулируемого гл. 59 ГК. Гражданско-правовая ответственность по возмещению вреда жизни или здоровью сотрудника органов внутренних дел в порядке гл. 59 ГК за счет соответствующей казны возникает в случае установления вины государственного органа в причинении этого вреда, однако как МВД России, так и ГУ МВД России по Воронежской области каких-либо противоправных действий в отношении Игоря Хлопцева не совершали и причинителями вреда его здоровью не являются.

Возмещение Игорю Хлопцеву вреда, причиненного его здоровью, в виде единовременного пособия, выплачиваемого в соответствии с п. 3 ст. 20 Закона о борьбе с терроризмом, осуществляется в рамках установленного публично-правового механизма на основании Закона о борьбе с терроризмом, а потому не может быть произведена индексация этого единовременного пособия по правилам ст. 318, 1091 ГК. Следовательно, вывод судов первой и апелляционной инстанций об индексации подлежащего выплате МВД России за счет казны РФ Игорю Хлопцеву в соответствии с п. 3 ст. 20 Закона о борьбе с терроризмом единовременного пособия с применением положений ст. 318 и 1091 ГК является неправомерным, нарушающим нормы материального права.

Верховный Суд отметил, что ошибочна и ссылка судов первой и апелляционной инстанций в обоснование вывода о праве истца на индексацию получаемых сумм в установленном законом порядке на разъяснения, данные в п. 36 Постановления Пленума ВС от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», поскольку они касаются обязательств вследствие причинения вреда, а в настоящем случае имеют место отношения, в которых государство в лице МВД России выступает не как причинитель вреда и не как должник по деликтному обязательству, а как публичный орган, выражающий общие интересы, и как распорядитель бюджета, создаваемого и расходуемого в общих интересах.

Главное управление МВД России по Воронежской области и МВД России при разрешении спора судом первой инстанции и при рассмотрении дела в апелляционном порядке приводили доводы об отсутствии законных оснований для индексации суммы заявленного Игорем Хлопцевым к взысканию единовременного пособия, однако в нарушение положений п. 2 ч. 4 ст. 198, п. 5 ч. 2 ст. 329 ГПК судами первой и апелляционной инстанций в судебных постановлениях не отражены мотивы, по которым судами отклонены эти доводы ответчика, какой-либо правовой оценки судов первой и апелляционной инстанций указанные доводы не получили. Суд кассационной инстанции, проверяя законность судебных постановлений судов первой и апелляционной инстанций, допущенные ими нарушения норм права не выявил и не устранил, тем самым не выполнил требования ст. 379.6 и ч. 1–3 ст. 379.7 ГПК.

Верховный Суд обратил внимание на то, что установление порядка, условий и критериев индексации выплат в возмещение вреда, причиненного здоровью лица в связи со служебной деятельностью, или их изменение является прерогативой законодателя и определяется федеральными законами. Так, ч. 3 ст. 29 Закона о милиции, устанавливая право сотрудников милиции на единовременное пособие в размере, обусловленном величиной денежного содержания, каких-либо положений об индексации такого единовременного пособия не предусматривала. В ч. 10 ст. 43 Закона о полиции, введенной Законом от 19 июля 2011 г. № 247-ФЗ, законодатель предусмотрел, что размеры единовременных пособий, выплачиваемых в соответствии с ч. 3 и 5 этой статьи, ежегодно индексируются исходя из уровня инфляции, устанавливаемого федеральным законом о федеральном бюджете на соответствующий финансовый год и на плановый период. Решение об индексации указанных пособий принимается правительством. Вместе с тем законодателем в Закон о борьбе с терроризмом не были включены нормы об индексации предусмотренного п. 3 ст. 20 данного закона единовременного пособия, являющегося элементом специального публично-правового механизма возмещения вреда сотрудникам органов внутренних дел РФ.

Таким образом, Верховный Суд признал судебные постановления нижестоящих судов незаконными в части взыскания с МВД России за счет казны РФ суммы индексации единовременного пособия. Суд отменил судебные решения в указанной части и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Эксперты о деле

В комментарии «АГ» адвокат АК № 22 «Гражданские компенсации» Марина Сомова отметила, что споры по назначению выплат и дополнительных денежных пособий военнослужащим всегда были актуальны, ситуация в целом не меняется уже много лет. «В определении ВС подробно расписано, почему нельзя смешивать специальное законодательство с нормами, прописанными в ГК. Поскольку для военнослужащих, в том числе сотрудников МВД и иных силовых ведомств, существует свое специальное законодательство, то все изменения пособий и довольствий устанавливаются для них постановлением правительства. Применять к спорной выплате нормы ст. 318, ст. 1091 ГК у судов какого-либо правового основания не имелось. Это грубая ошибка, которую необходимо было исправить в обязательном порядке», – полагает эксперт. 

Юрист Ольга Морозова подчеркнула, что ни одна финансовая служба не выдаст ни рубля на основании утратившего силу закона. «Тем не менее истец подал заявление в 2021 г. о выплате ему единовременного пособия в размере, предусмотренном утратившим силу законом. Финслужба отказала, а ВС поддержал и признал законным право бойца на получение 50 тыс. руб., но без индексации. Таким образом, решение МВД об отказе в выплате осталось действующим, но его обязали выплатить единовременное пособие, предусмотренное п. 3 ст. 20 Закона о борьбе с терроризмом. При этом на дату подачи Игорем Хлопцевым заявления размер пособия составляет 300 тыс. руб.», – указала она.

По словам эксперта, в законодательстве не имелось и не имеется единовременного пособия, предусмотренного п. 3 ст. 20 Закона о борьбе с терроризмом, или единовременного пособия, предусмотренного ч. 3 ст. 21 Закона о противодействии терроризму, – в законе было и остается единовременное пособие в случае, если лицо, принимавшее участие в борьбе с терроризмом, получило увечье, повлекшее за собой наступление инвалидности. Она отметила: в деле Игоря Хлопцева никто не обратил внимания, что получение единовременного пособия – это административная процедура заявительного характера и до апреля 2021 г. мужчина не подавал соответствующего заявления, а значит, оснований для снижения размера причитающегося пособия не имеется.

«Почему размер пособия должен определяться датой возникновения оснований для его получения, а не датой подачи заявления? Такое понимание закона ущемляет имущественные права Игоря Хлопцева по сравнению с другими гражданами, подавшими аналогичное заявление в 2021 г., и речь уже идет о дискриминации прав Игоря Хлопцева, имеющего одинаковые основания независимо от даты их возникновения, поскольку закон не содержит такого ограничения. Положения ч. 3 ст. 21 Закона о противодействии терроризму распространяются на Игоря Хлопцева, поскольку это не гражданско-правовые отношения и действие закона во времени не определяется нормами ГК», – указала Ольга Морозова.

По ее мнению, ВС верно указал, что речь не идет о том, что госорганы в лице МВД причинили вред здоровью истца, однако ВС не стал уточнять правоотношения сторон, суть которых по состоявшемуся спору – причинение истцу имущественного ущерба вследствие невыполнения обязанности по выплате единовременного пособия согласно принятому от него заявлению. А с учетом изменчивого правового регулирования и существовавшего неоднозначного его толкования с 2000 по 2020 г. – это тернистый путь для получения индексации, которая представляется справедливой и обоснованной, если просить пособия в утратившем силу размере.

Эксперт убеждена, что заявитель должен был подавать заявление в соответствии с действующим законодательством и просить выплаты пособия в действующем размере на дату подачи заявления. Реализовать свое право в полноценном объеме по-прежнему можно на основании ст. 21 Закона от 6 марта 2006 г. № 35-ФЗ, поскольку размер пособия определяется датой подачи заявления для получения данного пособия, так как это не «гражданская» пенсия и никакая аналогия здесь «не работает». «Да, он имеет право на получение пособия с 2004 г., реализовать свое право он решил в 2021 г., и, значит, выплатить ему должны 300 тыс., как и всем, кто находится в аналогичной с ним ситуации и имеет одинаковые с ним основания для получения причитающейся выплаты на дату подачи заявления. В деле имеет место ошибочный подход к определению вида и размера единовременного пособия, который не может и не должен определяться по дате возникновения оснований для его получения», – заключила Ольга Морозова.


Марина Нагорная

Источник:  https://www.advgazeta.ru/novosti/vs-prizval-ne-smeshivat-sotsialnoe-i-grazhdanskoe-zakonodatelstvo/

Вернуться наверх
8 (4852) 33-23-66